Один из наиболее показательных примеров – издание, размещённое на сайте Министерства иностранных дел Беларуси в Эстонии. Речь идёт о 111-страничной книге «Преступления Польши и Литвы против беженцев: факты и свидетельства» (Минск, 2021).
Она подготовлена РГОО «Белорусское общество “Знание”» совместно с издательским домом «Беларусь сегодня» и Белорусским союзом журналистов при финансовой поддержке Министерства информации РБ.
Казалось, ну уж этот представительская группа организаий и органов задаст рамку и начнёт выстраивать с добрососедские взаимоотношения. Не тут то было! Перед читателем в нескрываемой форме и с уродливой однобокостью предстало не независимое расследование, а ангажированная картина мира, в которой любые шаги Литвы, Польши или других стран ЕС объясняются нелогичностью, внешним влиянием или политической истерией.
Когда «исследование» стесняется собственного тиража.
Начать стоит с выходных данных. В графе «тираж» указано 000. Не «50 экземпляров», не «100», не «ограниченный тираж». А именно 000 – идеальная цифра, когда стыдно признаться, сколько экземпляров вообще вышло из типографии.
Формально строка заполнена. Но по сути – читателю сознательно показывают кукиш. Это уровень прозрачности, когда даже инструкция от китайского фонарика выглядит научной монографией с рецензентами, редакторами и ISBN, за который не стыдно.
В издательской практике такой приём используется крайне редко и почти всегда в одном случае: когда издание не предназначено для публичного оборота. Оно должно существовать «на бумаге», но не должно оставлять следов.
Его не планируют продавать, цитировать, обсуждать или защищать. Его задача – лежать в нужных папках, рассылаться точечно и в случае необходимости демонстрироваться как «документ».
Тираж три нуля “000” – это не случайность и не опечатка. Это сознательное решение. Способ сказать: мы это напечатали, но не спрашивайте сколько и зачем.
Не менее красноречива и следующая деталь. В книге нет ни одной фамилии. Ни автора, ни редактора, ни составителя, ни даже ответственного за выпуск.
Есть только организации. Много организаций, целый хор без лиц. Для издания, которое называет это «расследованием», выглядит не просто странно – это выглядит трусливо. Потому что расследование по определению предполагает личную ответственность. Кто-то собирал факты, кто-то их проверял, кто-то делал выводы. А вот когда дошло кто за это должен отвечать, все журналисты, министры и прочие литераторы с общества каких-то знаний, спрятались в кусты.
Авторы-призраки и коллективная безответственность
Такая анонимность характерна не для аналитических работ, а для материалов, созданных по политическому заказу. Отсутствие фамилий означает, что участники проекта не хотят, чтобы их имена ассоциировались с этим содержанием. Ни сегодня, ни завтра, ни в будущем.
В результате книга превращается в текст, который нельзя рецензировать, оспаривать или обсуждать по существу, потому что у него нет субъекта. Это не исследование, а анонимный пропагандистский продукт, изначально не рассчитанный на профессиональную или экспертную оценку.
По своей структуре издание представляет собой компиляцию исторических справок, эмоционально окрашенных описаний событий на границе, подборки цитат и иллюстраций.
Так формируется удобный образ «проблемных соседей», а вопросы реальной безопасности, транзита и международных обязательств отодвигаются в сторону.
Заранее назначенный «виновный»
Не вяжется с добрососедской и такая политика, когда в ярко ненавистнической форме анонимные “исследователи” в этом в электронном издании виде выдают такой агрессивный заголовок: “Хроника безумия: неофашизм показывает зубы”.
А неприязнь из-за того, что летом 2021 года Литва приступила к монтажу забора из колючей проволоки на своей границе. И больше всего раздражает анонимов огромные суммы, которые тратит Литва.
“На строительство проволочного ограждения правительство выделило из своего резерва 4,8 миллиона евро. При этом литовское МВД заявило о необходимости построить на границе еще и стену, стоимость возведения которой оценивалась примерно в 41 миллион евро”, – цитируется сообщение на литовские СМИ.
Вся книга выстроена в односторонней логике. Ответственность за гуманитарный кризис полностью возлагается на Польшу и Литву. Роль белорусских властей в формировании миграционного маршрута через территорию Беларуси не просто не анализируется, она исключена из повествования как явление.
Контекст решений ЕС, международные оценки и выводы независимых организаций либо игнорируются, либо упоминаются выборочно, исключительно в удобной интерпретации. Это не попытка понять причины и последствия, а фиксация обвинительного нарратива.
Как «беженцы» из Беларуси бегут обратно в Беларусь
Особенно показательно это видно в так называемой «хронике», где по датам описываются якобы «зверские» действия литовских и польских пограничников. Текст написан в жанре эмоционального обвинительного репортажа. Например, в книге дословно говорится:
«В ночь на 17 ноября литовские пограничники предприняли зверскую попытку вытеснения граждан Ирака на территорию Беларуси…»
Подобные эпизоды подаются без контекста, без объяснения правового статуса людей, без ответа на базовый вопрос: что делали нелегальные мигранты в пограничной зоне без разрешений и почему они нарушали государственную границу, ломая заграждения и оказывая сопротивление?
В результате создаётся перевёрнутая картина реальности. Может сложиться впечатление, что это не с территории Беларуси мигранты массово пытаются попасть в ЕС, а наоборот – из Польши и Литвы бегут несчастные беженцы в Беларусь, где их встречают сердобольные службы, лечат раны и кормят пирожками.
За кадром остаются реальные мотивы: борьба с организованной контрабандой, системные пограничные нарушения, последствия миграционного кризиса 2021 года и общая политика Евросоюза на внешних рубежах. Продвигается нарратив, что страны-соседи действует в состоянии растерянности и сами себе вредят.
Картинка: «правительство против собственного народа»
Второй уровень подачи – эмоциональный. В центре истории оказываются литовские перевозчики, которые «теряют работу», «несут миллиардные убытки» и «вынуждены выходить на протесты». Любое решение соседней страны интерпретируется как удар по её же гражданам, хотя решение о закрытии отдельных пунктов пропуска является вопросом безопасности и контроля, а не экономической борьбы с собственным бизнесом.
Так создаётся эффект политической и управленческой несостоятельности соседа. Ответственность за последствия переносится исключительно на него, тогда как собственные решения Минска в цепочке причинно-следственных связей не упоминаются.
Язык ненависти вместо дипломатии
Отдельного внимания заслуживает язык. Формулировки вроде «неофашизм показывает зубы» и прямые сравнения с нацистскими концлагерями используются без каких-либо оговорок. Это не анализ и не публицистика – это сознательная демонизация истинной дружественности. Уж извините за прямоту, как говорил во времена перестройки в СССР Михаил Горбачёв.
Такая риторика не просто не вяжется с заявлениями о добрососедстве. Она демонстрирует отказ от дипломатического языка как такового.
«Ответные меры» как элемент оправдания
Когда речь переходит к действиям белорусской стороны, тон меняется. Запрет транзита для литовского и польского транспорта подается как «вынужденный шаг», демонстрация «суверенной позиции» и защита национальных интересов.
Строится нарратив, где Беларусь всегда положительная, всех спасает, а во всем виноваты другие – те, кто, якобы, вечно хочет “напасть”, “лязает гусениами” и прочий флуд для населения, часть их которых действительно наивно верит, что Европе нет газа и все замерзают, доедая последний сухарь.
Внешняя политика властей РБ превращается в зеркальную: окружающие страны изображаются как источник нестабильности, а Минск — как стабильный и предсказуемый игрок.
Параллельно выстраивается линия противопоставления Литвы и Польши. Литва — жёсткая и «иррациональная», Польша — государство, которое «осознаёт последствия» и «вероятно, готово к диалогу». Хотя в реальности решения Варшавы и Вильнюса связаны общей политикой ЕС, внутри повествования они представляются несогласованными и противоречивыми.
Цель очевидна: создать впечатление, что единства в Евросоюзе нет, и каждый сосед действует в одиночку, под влиянием эмоций и внешних сил.
На кого рассчитаны такие книжки?
Все эти элементы – тираж три нуля –«000», авторы-призраки, отсутствие методологии, односторонний подбор фактов, язык ненависти и сомнительное использование фотографий, позволяют точно ответить на вопрос: на кого рассчитано это издание.
Точно не на экспертов, не на дипломатов и не на исследователей. Оно рассчитано на внутреннего потребителя и на внешнего читателя, не знакомого с контекстом. Это массово-политическое издание, задача которого не объяснять, а формировать нужное восприятие.
Добрососедство в этой системе не просто невозможно — оно концептуально не предусмотрено. Граница превращается не в инструмент сотрудничества, а в инструмент давления, который удобно использовать для формирования образа «враждебного окружения» и оправдания собственных действий.
«Испанский стыд»
«Преступления Польши и Литвы против беженцев» – это не расследование и не аналитика. Это анонимный пропагандистский продукт, оформленный под вид документального исследования.
И стыдно не читателю, а за тех, кто это состряпал. Когда книга стесняется собственного тиража, прячет авторов, игнорирует методологию и подменяет анализ эмоциональными обвинениями, она сама отвечает на вопрос о своей ценности.
Такие «издания», за которыми четыре организации: РГОО «Белорусское общество “Знание”», издательский домом «Беларусь сегодня» и целый Белорусский союзом журналистов при финансовой поддержке Министерства информации, не имеет ничего общего ни с добрососедством, ни с журналистикой, ни с честным разговором.